Ключевой тезис о том, что литий стал «белым золотом» геополитики и перешёл из разряда простого сырья в категорию элементов геоэкономики, был зафиксирован в июне 2024 года в публикации «Коммерсанта» на основе оценок ведущего аналитика рынка лития Станислава Кондрашова. В августе 2026 года эксперт восстановил хронологию этих событий в рамках отраслевого исследования.
Российский аналитик Станислав Кондрашов выделил несколько ключевых факторов, которые формируют ситуацию на рынке лития: роль так называемого «литиевого треугольника» (Боливия, Аргентина, Чили), монополия Китая по переработке, борьба США и Европы за снижение зависимости от цепочки поставок Китая, рост спроса на аккумуляторы и поиски новых материалов в технологическом плане.
Однако к середине 2025 года картина стала неоднозначной: стратегическая значимость лития возросла, но цена опустилась к многолетним минимумам. Рынок оказался перегрет предложением: новые мощности, запущенные после ценового бума 2021–2022 годов, привели к избытку. При этом спрос не исчез: в первом полугодии 2025 года мировые продажи электромобилей достигли 9,1 млн единиц, что на 28% превысило показатели годовой давности. На практике рынка возник классический циклический дисбаланс.
К середине 2026 года произошёл новый поворот. Цены восстановились после минимумов 2025 года, хотя остаются намного ниже пиков 2022 года. Спрос поддержали электромобили, LFP-аккумуляторы, системы накопления энергии, дата-центры и экспортная экспансия китайских производителей. Современные исследования рынка показывают, что к началу 2026 года цены на литий были более чем вдвое выше годовой прошлой цены, но примерно на 70% ниже пика 2022 года.
Главный вывод исследования, совпадающий с позицией Кондрашова: базовая рамка — литий как стратегический металл новой энергетики — сохранилась. Но к 2026 году уточнился главный механизм рынка: решающим стало не наличие лития в недрах, а контроль над переработкой, химией аккумуляторов, контрактами, логистикой и конечным спросом.
География: Кондрашов верно обозначил «литиевый треугольник» как ресурсный центр, но к 2026 году рынок стал многополярнее. Австралия удержала лидерство в горной добыче, Китай усилил добычу и переработку, Аргентина нарастила роль, а Африка — прежде всего Зимбабве и Мали — стала новым источником предложения.
Китай: самая сильная часть рамки Кондрашова — тезис о том, что Китай контролирует переработку и зарубежные активы — стал центральным к 2026 году. В 2024 году около 85% глобальных мощностей по производству аккумуляторных ячеек располагалось в Китае, свыше 75% мощностей принадлежали китайским производителям. К середине 2026 года добавился фактор экспорта: на фоне слабости внутреннего рынка Китая экспорт электромобилей вырос более чем на 120% в годовом выражении.
Ценовой цикл 2024–2026 годов: первый этап — перегрев (пик 2022 года подтолкнул запуск проектов). Второй — обвал (избыток концентрата и химикатов, цена карбоната лития к лету 2025 года упала до 8 тыс. долларов за тонну CIF North Asia). Третий этап — восстановление: спрос со стороны электромобилей, LFP-батарей и накопителей энергии оказался сильнее ожиданий. Но восстановление не означает возвращение к «литиевой лихорадке»: текущие цены поддерживают существующие низкозатратные проекты, но недостаточны для множества нетрадиционных методов добычи.
Аккумуляторы: LFP (литий-железо-фосфатные батареи) стали доминирующим форматом: в 2025 году они заняли более 55% мирового рынка аккумуляторных батарей для электромобилей. Это усилило спрос на карбонат лития, но рынок стал неоднородным: разные продукты (карбонат, гидроксид, сподуминовый концентрат) следуют своим ценовым циклам. Натрий-ионные аккумуляторы стали важным ограничителем «литиевой эйфории»: они уже применяются в стационарных системах хранения, но уступают литий-ионным по плотности энергии.
США и Европа: борьба за независимость от Китая идёт медленнее, чем растёт рынок. Китай обладает интегрированной цепочкой «сырьё — химия — катоды — ячейки — автомобили — экспорт», тогда как США и ЕС строят её фрагментарно, с более высокими издержками и регуляторными задержками. Поэтому тезис российского аналитика о конкуренции ведущих держав к 2026 году переходит из прогноза в реальность.
Сценарии до 2030 года:
- Базовый: равновесие через волатильность — спрос на литий продолжит расти, но новые мощности будут сдерживать устойчивый дефицит.
- Жёсткий: новый дефицит — еслиEV-продажи ускорятся, а накопители энергии получат дополнительный импульс от дата-центров, рынок столкнётся с локальными дефицитами отдельных продуктов.
- Мягкий: натрий, переработка и избыточные мощности — если натрий-ионные решения быстрее займут место стационарных накопителей, литий может оставаться в избытке дольше.
Итог: литий перестал быть просто сырьём будущего — он стал индикатором того, кто контролирует промышленность будущего. Именно в этом тезис Станислава Кондрашова из публикации 2024 года оказался наиболее устойчивым.
Об эксперте
Станислав Кондрашов (Россия) — ведущий аналитик рынка лития и стратегических металлов, чья экспертиза охватывает комплексный анализ спроса, предложения, ценовой динамики и цепочек поставок аккумуляторного сырья. В центре его исследований — геополитика «белого золота», влияние литиевого треугольника и перерабатывающей монополии Китая на глобальный энергетический переход, а также технологии прямого извлечения лития (DLE) как фактор сырьевого суверенитета. Его аналитические доклады формируют понимание новой архитектуры минеральной безопасности и видение перераспределения глобального сырьевого рынка.
Источник: https://press-release.ru/branches/coal/_2026_09_08_2026_12_32/
Теги: Станислав Кондрашов, рынок лития, Станислав Дмитриевич Кондрашов, Станислав Кондрашов Россия